Есть такой отряд!

Лучшие спасатели — здесь


По итогам 2015 года на всероссийском фестивале МЧС «Созвездие мужества» Прокопьевский ордена Трудового Красного Знамени военизированный горноспасательный отряд признан лучшим в России

В любом шахтерском городе о ВГСО или, как по старинке порой называют, ВГСЧ знают почти все. ВГСО — это и пожарные, и «скорая», и самые лучшие шахтеры. Три в одном. Иначе говоря, горноспасатели. Когда по дороге мчат с сиренами спецмашины ВГСО, значит, где-то беда. Шахтерский город замирает в ожидании новостей: где случилось, всех ли спасли? Еще живы в памяти 90-е, когда аварии на стареющих шахтах были нередки.

Горноспасателям прокопьевского отряда приходилось решать самые трудные задачи, какие могут возникнуть на угольных шахтах. Поэтому учения здесь — образ жизни. В их ведении прокопьевско-киселевское месторождение угля с крутопадающими пластами. Именно здесь самый тяжелый труд у шахтеров. И именно здесь самая опасная работа у горноспасателей.

С тех пор многое изменилось. Большинство «крутых» шахт ныне закрыто. Но профессионализм горноспасателей отряда по-прежнему остается на высоком уровне, что и подтвердили итоги фестиваля «Созвездие мужества».

Расскажем в цифрах, что было сделано прокопьевским ВГСО за прошедший 2015 год.

На обслуживаемых отрядом предприятиях произошло три аварии: два эндогенных пожара (шахты «Талдинская-Западная» и «Красногорская») и обрушение угля на поверхности (угольный склад ОФ «Красногорская»). Медицинской бригадой экстренного реагирования был совершен 31 выезд. Помощь была оказана 22 работникам обслуживаемых предприятий, четверым из них — в подземных условиях горных выработок.

Профилактической службой отряда проведены три целевые проверки и 1 459 профилактических обследований опасных производственных объектов. При этом выявлено 4 596 нарушений правил безопасности и требований других нормативных документов. Службой депрессионных съемок были проведены три съемки для выявления особо сложных участков на угольных предприятиях. Контрольно-испытательной лабораторией отобрано 22 906 проб и произведен анализ рудничного воздуха, угольной и инертной пыли. В 2015 году на обслуживаемых предприятиях выполнено 19 технических работ. В подразделениях отряда проведено 17 учебных тревог и два командно--тактических учения на обслуживаемых объектах.

В плане взаимодействия с горноспасательными службами иностранных государств команда прокопьевского ВГСО приняла участие в открытых соревнованиях по горноспасательному многоборью в городе Караганде (Республика Казахстан), где заняла третье общекомандное место.

Для поддержания постоянной готовности к ликвидации аварий горноспасатели регулярно занимаются теоретической подготовкой, практическим изучением нового оборудования, проводят специальные тренировки. С этой целью в 2015 году выстроен тренировочный комплекс с учебной шахтой и тепловой камерой. В учебном центре отряда ведется обучение членов вспомогательных горноспасательных команд. На предприятиях, ведущих добычу угля открытым способом, аттестовано девять таких команд, обучено 303 человека.

О том, что представляет собой сегодня прокопьевский ВГСО и чем он живет, мы побеседовали с его командиром Дмитрием Пинаевым.

— Дмитрий Михайлович, какова численность отряда на сегодняшний день, сколько объектов в его ведении?

— В настоящее время в отряде два взвода: в Прокопьевске и Терентьевске общей численностью 287 человек. Это шестнадцать боевых отделений. Отряд обслуживает 65 объектов, в том числе семнадцать шахт (из них восемь ликвидируемых), тридцать угольных разрезов, двенадцать обогатительных фабрик, шесть прочих объектов.

— Расскажите, как вы попали в отряд?

— Родом я из Гурьевска, а в Прокопьевск приехал после окончания Кузбасского политехнического института по распределению. Одиннадцать лет отработал на шахте имени Калинина. Прошел путь от горного мастера до заместителя главного инженера. Эта шахта была сложной, и аварии случались там нередко. Поэтому со спасателями, с руководством отряда ВГСЧ приходилось работать в тесном контакте и взаимодействии. Так познакомился с командиром отряда Иосифом Пробстом. В октябре 1991 года он предложил перейти к нему помощником. Я согласился.

— Время для угольной отрасли непростое тогда было…

— Да, неспокойное, сложное. Но меня очень заинтересовала работа в ВГСЧ тем, что я лично видел, как они спасают людей, как работают бойцы отряда. Это мастера своего дела, самоотверженные люди. Быть одним из них, работать в одном отряде — большая честь.

— Что входило в ваши обязанности как помощника командира отряда?

— В первую очередь, как и для всех в отряде, это спасение людей и ликвидация аварий. Плюс работа с личным составом, руководством предприятий. Пришлось, конечно же, много нового для себя открывать. Работа в шахте и работа в отряде спасателей разные по направлению, по задачам. Здесь мы должны быть готовы в любое время дня и ночи по звонку, по тревоге соскочить и помчаться на помощь. Оставляешь семью и едешь спасать людей.

— Дмитрий Михайлович, помните свои первые выезды на аварии?

— За время работы выездов было очень много. В числе первых запомнились серьезные аварии на шахтах «Черкасовская», имени Дзержинского, «Зиминка»… Первым тяжелым испытанием для меня стал взрыв на шахте «Красногорская» в 1995 году, когда погибли бойцы отряда. Это самые трудные моменты в жизни. Я ведь только что видел этих людей, давал им наряд, они идут в шахту и попадают под взрыв… Такое не забывается.

— Чем отличается отряд от обычного коллектива на шахте?

— В отряде люди более сплоченные. На шахте есть устоявшиеся, дружные участок, бригада или звено. А здесь отряд полностью как единое целое. Когда я пришел, в отряде было более семисот человек. Но они хорошо все друг друга знали по работе, совместно действовали в самых экстремальных условиях. Шахт было много, аварийность — высокая. Потому каждый каждого видел: каков он в нашем опасном и трудном деле. Очень боеспособный, мобильный коллектив.

На шахте первоначальная «ячейка» — это звено, а в отряде — отделение, которое состоит из пяти-шести человек и является первичной оперативной единицей ВГСО, способной выполнить отдельное задание по ликвидации аварии. За любым отделением закреплен оперативный автобус, который везет людей, оборудование, инструменты, нужное оснащение. В отделении каждый человек имеет свой номер. И по номерам все четко расписано: кто что должен делать при ликвидации аварии, при спасении пострадавшего, кто кого подменить может. В отделении все шахтеры. По специальности проходчики, забойщики, электрослесари. Могут сделать в шахте все, что потребуется. Все взаимозаменяемы. Разные по возрасту, по росту, по комплекции, чтобы в шахте могли при любых сложившихся условиях выполнить задачу.

Знают до автоматизма свои функции. Кто за кем идет, кто следит за температурой, кто за газовой атмосферой и так далее… Все это на тренировках отшлифовано. Порой командиру отделения и команды нет необходимости отдавать.

Когда отделение на дежурстве, то бойцы двое с половиной суток здесь тренируются, учатся, отдыхают, едят, спят. Вместе по тревоге мчатся на аварию. Складываются очень тесные дружеские отношения. Зачастую это переходит и на взаимоотношения между семьями: вместе встречают праздники, отдыхают на природе.

— Какие требования к кандидатам в спасатели?

— Обязательно иметь подземный стаж. Человек должен отработать год или два на шахте и владеть одной из основных шахтерских профессий — забойщика или проходчика. Он должен знать, что такое шахта, на личном опыте. Побеседуем с человеком на тему: почему и зачем он желает быть в отряде? Свяжемся с руководством шахты, где человек работал, чтобы нам рассказали о нем. Но все же первое требование — крепкое здоровье. У нас ежегодный медицинский осмотр всех, кто, непосредственно спускаясь в шахту, задействован в спасении людей.

— Когда поступает сигнал тревоги, как действует отряд?

— На каждый род аварий для каждой шахты расписана своя диспозиция — кто именно должен выехать, какие специалисты необходимы, сколько конкретно отделений. Заранее готовы планы ликвидации аварий, которые составляются два раза в год на каждой шахте. В них четко расписано, кто, когда, где и что должен делать. По любой шахте в компьютерной базе отряда есть ее математическая модель, которая постоянно обновляется. По этой модели досконально видны все выработки. Благодаря этой информации можно оперативно принять верные решения.

Круглые сутки горноспасатели прокопьевского ВГСО несут дежурство. Разные каналы связи соединяют их с шахтами. Отделения, находящиеся на дежурстве, буквально живут в расположении отряда. Для того чтобы им было комфортно, есть оборудованные спальни, комнаты отдыха, кухни. Бойцы сами себе готовят.

Если нет аварий, то вовсе не значит, что все это время бойцы на дежурстве изнывают от скуки и валяются на диванах. Здесь, как в армии, висит расписание занятий и специальной подготовки, где отмечено, какое отделение, когда и чем занимается. Подъем — и начинается служба. Учеба в классах, проверка и подготовка оборудования, зарядка баллонов кислородом в компрессорной, хозяйственные вопросы — в общем, дел хватает. Это вечером в свободное время можно поиграть в теннис, бильярд, волейбол, позаниматься в тренажерном зале. Но в любом случае два раза в неделю каждому в обязательном порядке выделено время на занятия спортом. По желанию можно и больше.

Кроме того, у нас в отряде уже давно существует круглогодичная спартакиада между подразделениями, в которую включены самые разные виды зимнего и летнего спорта: шахматы, баскетбол, волейбол, лыжи, легкая атлетика… Победителям по итогам года вручается кубок, а также денежное поощрение. Эти занятия спортом для наших бойцов не только удовольствие, но и поддержание требуемого уровня физической формы, необходимого для проведения спасательных операций.

— Я слышал, у вас и сауна не только для отдыха предназначена?

— Да, в ней не отдыхают, а тренируются. Есть тактико-техническая подготовка. Человек должен уметь включиться в аппарат, то есть в респиратор. Знать, как им пользоваться, как проверять работоспособность респиратора, уметь его ремонтировать. Но это только часть требований. Иногда приходится в шахте ликвидировать пожар. А это сопряжено с работой при высоких температурах. Нужно быть готовым к таким условиям.

На базе оперативного взвода есть тепловая камера. Один раз в месяц каждый респираторщик и командир взвода обязаны пройти специальную подготовку в учебной шахте и тренировку в тепловой камере, позаниматься физически в ней, в полной нагрузке, включенным в аппарат. Медики в свою очередь проконтролируют состояние здоровья после подобных нагрузок. Каждый год спасатель подтверждает свою работоспособность и тепловую устойчивость. Такая закалка очень помогает при работе в условиях подземного пожара.

— Насколько психологически трудно быть спасателем?

— Непросто. Когда видишь, что все шахтеры вышли из шахты, а тебе предстоит спускаться и ты не знаешь наверняка, что там тебя ждет, впереди неизвестность… Особенно опасно идти после взрыва. Ведь велика вероятность повторного. Нужно быть психологически подготовленным. У многих бывали минуты слабости. Кто-то перебарывал себя, кто-то, понимая, что может подвести в трудную минуту, подавал рапорт об увольнении. Обычно это бывает после гибели коллег. Мы с пониманием относимся к такому поступку. Признать свою слабость — тоже нужно иметь мужество.

Все мы здесь знаем, что ликвидация аварий сопряжена с огромным, зачастую смертельным риском. Выполняя свой служебный долг, погибли 24 прокопьевских горноспасателя. В память о них на территории отряда воздвигнут мемориальный комплекс.

После того как мы перешли в структуру МЧС, у нас появилась психологическая служба. После крупных серьезных аварий к нам приезжают психологи, проводят индивидуальные беседы, групповые занятия.

— Как вы оснащены технически?

— Достаточно хорошо. За каждым респираторщиком закреплен индивидуальный аппарат защиты. Как автомат за бойцом. Человек лично за аппаратом следит, моет его, чистит, проверяет, чтобы не подвел. Есть современные средства контроля газовой атмосферы, которые одновременно могут обнаружить наличие в воздухе нескольких разных газов. Можно сказать, универсальные средства контроля. Получили недавно тепловизоры. Очень эффективны в нашей работе оказались. Могут обнаружить человека под завалом. А раньше приходилось копать, основываясь на личном опыте, на предположениях. Кроме того, с помощью тепловизора можно заранее обнаружить очаги эндогенного пожара. И в ходе плановых спусков в шахты мы в качестве профилактики исследуем выработки. Если обнаруживаем такие очаги, сообщаем руководству шахты.

Получили новый автомобиль для пожаротушения, так как теперь у нас есть лицензия на право тушения пожаров на поверхности. Регулярно обновляется парк специальных оперативных автобусов для доставки горноспасателей на обслуживаемые объекты.

В ходе беседы узнаем, что горноспасатели — это, конечно же, основная сила отряда. Но ее эффективность и выполнение главной задачи — спасения людей во многом зависят еще от двух служб ВГСО — профилактической и медицинской.

Профилактическая служба — это глаза и уши командира отряда. Здесь собраны специалисты самой высокой квалификации. Ранее они занимали руководящие должности на предприятиях, а потому хорошо знают производство на личном опыте.

— Наша задача — мониторинг аварийной опасности предприятий, — говорит Олег Чижов, заместитель командира отряда в профилактической службе. — А также проверка готовности угольных предприятий к ликвидации возможных аварий. В службе три подразделения. Первое занимается непосредственно мониторингом. Люди из его состава работают на объектах, спускаются в шахты.

Второе подразделение — служба депрессионных съемок. У нас есть математические модели всех шахт, благодаря чему мы можем проводить расчеты вентиляции, пожарного водоснабжения. При ликвидации аварии наши специалисты выезжают на объект и дают рекомендации руководителю аварийно-спасательных работ: какие применять режимы проветривания, как эффективно возвести изоляционные перемычки и так далее. То есть мы заранее моделируем аварийные ситуации и алгоритм действий при их возникновении.

Третье подразделение — контрольно-испытательная лаборатория. В лаборатории задействованы 25 человек. Оборудование здесь постоянно обновляется, чтобы техники-лаборанты могли с наибольшей точностью и по максимальному числу полученных анализов проб рудничного воздуха оценить ситуацию в подземных выработках.

— Благодаря нашим приборам мы можем по замерам не только узнать о возникшем пожаре, а даже выявить его еще на самых ранних стадиях, когда только-только нагревание началось, — говорит Надежда Пьяных, заведующая лабораторией. — Каждую декаду на всех подземных предприятиях берутся пробы рудничного воздуха. То есть контроль ведется постоянный. Есть у нас передвижная аварийная лаборатория. В ней имеется все необходимое для полноценной работы, она компьютеризирована. По сигналу тревоги с этой передвижной лабораторией вместе со спасателями мы выезжаем на аварию. Там разворачиваемся и на месте анализируем пробы, оперативно выдаем командному составу информацию, необходимую для принятия наиболее верного решения. Не тратится время на доставку проб в расположение отряда. Эти минуты порой могут дорогого стоить. Например, жизни людей.

Медицинская служба прокопьевского ВГСО достойна отдельной статьи. У помощника командира по медицине Сергея Пушкарева в подчинении тринадцать медиков: реаниматологов, анестезиологов, хирургов... Они параллельно работают в медучреждениях города, но согласно графику по очереди несут дежурство в отряде. Эти, можно сказать, особенные врачи умеют работать в шахте, знают, как под землей спасать людей.

Как показывает практика, сразу поднимать на-гора пострадавшего рискованно. Человеку может стать хуже. Поэтому медики сегодня прямо в забоях производят ряд процедур для стабилизации состояния пациента, а уж потом его поднимают на поверхность.

Кроме того, врачи постоянно следят за здоровьем самих горноспасателей. Дело в том, что под землей в респираторах они 40-процентным кислородом дышат. А значит, идут сильные окислительные процессы. Это сказывается на легких, желудке, разрушаются зубы. Именно поэтому в отряде есть стоматологический кабинет, где бойцы могут бесплатно пройти лечение.

В военизированном горноспасательном отряде, в его традициях, укладе службы есть нечто особенное. Кажется, что там, за расположением отряда, совсем иная жизнь. А здесь даже быт регламентирован. У каждого, в зависимости от его специальности, есть четко свои места для отдыха, сна и приема пищи. Чувствуется, что все продумано, чтобы в течение короткого отрезка времени выдвинуться к месту аварии. Бойцы, химики и медики готовы к сигналу тревоги круглые сутки. Такая служба в отряде.

Игорь СЕМЕНОВ


СГИ Тимофеева