Климатические баталии

В борьбе за снижение выбросов в атмосферу крайним может оказаться уголь


22 апреля в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке прошла церемония подписания Парижского соглашения по борьбе с глобальным изменением климата. Подписи под документом в общей сложности поставили представители 175 стран, включая Россию, от которой в мероприятии принял участие вице-премьер Александр Хлопонин.

Напомним: соглашение было принято 12 декабря 2015 года 21-й сессией Конференции сторон рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата.

Документ предусматривает в качестве общей цели сдерживание повышения средней температуры на Земле в пределах 2 градусов Цельсия к 2100 году от уровня доиндустриальной эпохи, а также приложение усилий по сдерживанию этого показателя в пределах 1,5 градуса Цельсия.

— Национальным вкладом России в Парижское соглашение станет ограничение выбросов парниковых газов к 2030 году до 70 процентов от показателей 1990 года, — отметил Александр Хлопонин.

Парижское соглашение по климату должно прийти на смену Киотскому протоколу после 2020 года. Правда, пока этот исторический документ больше похож на декларацию о намерениях — он вступит в силу после того, как его ратифицируют не менее 55 стран, на которые в совокупности приходится как минимум 55% выбросов парниковых газов.

Ранее глава Минприроды РФ Сергей Донской выразил уверенность, что подписание соглашения подтолкнет российские предприятия к модернизации производства и использованию более экологичного оборудования. Минприроды разработало и направило на согласование в ведомства план комплекса мер по реализации соглашения. Документ, в частности, предполагает создание в стране системы углеродного регулирования.

Желание помочь планете охватывает и представителей отечественного бизнеса, которые объединились в Российское партнерство за сохранение климата. Однако и противников соглашения в России немало. Контраргументы более чем убедительны. Есть опасения, что «борьба за климат» превратится в инструмент лоббизма тех или иных экономических интересов. Поводом для этого послужили некоторые озвученные идеи. Такие, как установление углеродного налога (его размер должен составить 15 долларов к 2020 году за выброс тонны CO2-эквивалента с дальнейшим постепенным увеличением размера платы до 35 долларов за тонну к 2030 году) и создание в Восточной Сибири безуглеродной зоны — с отказом от угольной генерации в пользу перехода на гидро-, газовую, атомную генерацию.

Главный аргумент «против» общеизвестен: угольная энергогенерация в Сибири обеспечивает надежное снабжение этого огромного региона электричеством и теплом и является основой его энергобезопасности.

Предлагаемые способы «борьбы с глобальным потеплением» вызвали шквал жесткой критики со стороны руководства сибирских регионов, специалистов энергорынка. В Минэнерго РФ твердо убеждены: инициируемые борцами за сохранение климата меры по стимулированию перехода экономики региона в безуглеродную зону вовсе не являются оптимальным способом решения проблемы сокращения выброса парниковых газов. Более того, они могут привести к неоправданному росту административной и финансовой нагрузки на региональный бизнес, росту социальной напряженности.

Одним из первых на Красноярском экономическом форуме инициативы раскритиковал губернатор Кузбасса Аман Тулеев, отметивший, что их реализация приведет к краху угольной генерации в России.

Но пострадать могут не только угольщики.

По подсчетам экспертов, в результате введения «платы на углерод» дополнительная ежегодная финансовая нагрузка на энергетику составит около 35 миллиардов долларов в 2020 году (это порядка 2,5 процента российского ВВП за 2015 год) и более 80 миллиардов долларов к 2030 году. Платить придется и нефтяникам, и представителям других базовых отраслей. По прогнозам, общая сумма выплат в России составит 40 миллиардов долларов в год. А когда налог повысят — 100 миллиардов. Для сравнения — это 9 процентов ВВП.

Естественно, что выплаты скажутся и на обычных потребителях, хотя бы — в виде увеличения коммунальных платежей (по данным, приведенным Аманом Тулеевым, после введения «сбора на углерод» цена на электроэнергию и тепло в России может вырасти в 2,7 раза).

Уже появилось несколько коллективных обращений и открытых писем к Владимиру Путину — к примеру, от энергетиков, угольщиков, ветеранских организаций, общественников из Красноярского края, Кемеровской области. Ответа от первого лица государства пока не последовало. А вот председатель правительства РФ свою позицию по этому вопросу озвучил. На состоявшемся в Новокузнецке в начале апреля совещании, посвященном состоянию и перспективам развития угольной промышленности, Дмитрий Медведев идею введения углеродного налога назвал «деструктивной».

Марина АЛЕКСАНДРОВА


СГИ Тимофеева