Вектор развития

О ближайшем будущем и отдаленных перспективах отрасли журналу «Уголь Кузбасса» рассказал Аман Гумирович Тулеев, губернатор Кемеровской области



— Аман Гумирович, цены на нефть обрушились, газ «наступает на пятки» прочим видам топлива… Что будет с углем? Вопрос насущный, поскольку в России его добывают, перерабатывают и перевозят десятки тысяч людей.

— Уголь — это надолго. И по запасам, и по потребности в нем. Каждый год предприятиям и электростанциям планеты нужно больше топлива. За полвека мировая экономика выросла в шесть раз. При этом за счет энергосбережения расход энергоресурсов рос несколько медленнее, с 1965 года он увеличился в 3,4 раза. Правда, в ближайшем будущем заметного подъема не будет — эксперты говорят, что страны еще не оправились от кризиса 2009 года. Конечно же, бесследно для угольщиков эти спады не проходят. У мирового потребления топлива также есть определенные циклы: аналитиками замечено, что после 14-летнего роста начинается снижение или замедление расхода энергоресурсов. В 2013 году прошел такой очередной цикл. Использование ТЭР замедлится за счет сокращения выработки атомной энергии. И возможно, как утверждают некоторые эксперты, снизится спрос на нефть. Сейчас же уголь догоняет нефть и имеет самый высокий темп роста потребления (рисунок 1).

— Что можно сказать о «зеленой энергии»? Составят когда-нибудь солнце, ветер и вода конкуренцию ископаемому топливу?
— За последние годы это направление развивается стремительно, иначе не скажешь. Например, применение возобновляемых источников энергии (ВИЭ) увеличилось с начала 2000-х годов в 5,4 раза. Прежде всего, в этом заслуга США, Китая, Германии, Испании, Италии, Бразилии, Индии и Великобритании. А биотоплива стали расходовать в семь раз больше. Тут лидеры вновь США и Бразилия. Предприятия, занятые в добыче традиционных нефти и угля, могут только позавидовать столь небывалому подъему.
Однако эксперты единодушны: серьезной альтернативы ископаемому топливу в настоящее время нет. Да, «зеленая энергия» получила в XXI веке зеленый свет, но на угле как на относительно дешевом сырье держится энергетическая безопасность всего мира.
Как и прежде, он остается наиболее доступным, безопасным и мобильным ископаемым топливом. Посудите сами: уголь есть на всех континентах, его добывают 65 стран. В России находится более четверти мировых залежей — 4,1 трлн  тонн. Как вы понимаете, этого нам хватит на несколько столетий. Безопасное потому, что запасы угля гарантируют устойчивость мирового энергопотребления. И, наконец, уголь сегодня можно доставить к любому потребителю в любой точке планеты.

— Пожалуй, это преимущество выходит сегодня на первый план, поскольку страны — добытчики угля стремятся стать и ведущими экспортерами. Какое место занимает Россия среди них?
— Наша страна на третьем месте, после Индонезии и Австралии. В прошлом году Индонезия вывезла 460 млн тонн, Австралия — 370, а Россия — 154 млн. Причем доля кузнецкого угля в экспорте — 76%: всего 117 млн тонн черного топлива отправили из Кузбасса в Европу и Азию. Сейчас большая часть идет к западному потребителю и лишь 30% — в восточном направлении. Более 37 млн тонн нашего угля закупили Китай, Южная Корея, Япония. И это только начало. В ближайшие годы главные потоки мирового экспорта направятся в страны Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). И прежде всего в Китай и Индию. Так сложилось, что в мире есть привязка разных регионов к определенным видам ТЭР. Ближний Восток — это нефть и газ. Центральная и Южная Америки используют в основном газ и гидроэнергию. А для быстро развивающегося рынка АТР таким базисным ресурсом является уголь (рисунок 2). И у России есть все шансы стать ведущим поставщиком топлива. Так что задача кузбасских горняков на ближайшие десятки лет — занять достойное место в экспорте в Юго-Восточную Азию.

— Судя по темпам развития китайского «дракона» и индийского «тигра», аппетит у них должен быть отменный.
— Вы правы, запрос на энергоресурсы у развивающихся экономик Индии и Китая на сегодняшний день самый большой в мире. Начиная с 2000 года все крупные страны-импортеры наращивали ввоз угля. Например, Китай увеличил импорт с 2,2 млн до 330 млн тонн, Индия — с 21 млн до 180 млн тонн. Не так давно Китай опередил Южную Корею и Японию, став крупнейшим импортером угля на планете. В перспективе он наряду с Индией может стать стратегическим партнером российских поставщиков.

Но не стоит списывать со счетов Северную Америку и Европу, которые потребляют соответственно 0,9 и 0,8 млрд тонн. При этом Европа и Юго-Восточная Азия в значительной степени зависят от угля, завозимого из других регионов, соответственно — 203 млн и 480 млн тонн.

— Смогут ли экспортеры принять вызов? Грубо говоря, хватает ли угля на всех?
— Угледобывающие страны постоянно наращивают добычу угля. Крупнейшим производителем угля в мире является Китай. Темпы роста добычи — почти 300% за 14 лет. КНР уступает в этом только Индонезии. У этого южно-азиатского государства добыча увеличилась в шесть раз. Исключение — Соединенные Штаты, где последние пять лет из-за сланцевой революции угля на внутреннем рынке стало меньше (рисунок 3). Что касается России, то отечественные компании добыли в прошлом году 358 млн тонн, что в 1,5 раза больше, чем в 2000 году. Потенциал у наших горняков есть. Есть база для расширения производства и увеличения экспорта угля в страны АТР.
Напомню, что у рекордной добычи есть и оборотная сторона. Так, по показателю кратности запасов (отношение запасов к годовой добыче) в Индонезии могут копать уголь еще полвека. Это худший показатель среди производителей угля (рисунок 4). Близко к Индонезии находится и Китай. Россия в этом отношении находится в значительно более выгодном положении. По расчетам специалистов «Росинформугля», при нынешних темпах добычи угля нам хватит на четыреста с лишним лет.
Необходимо отметить, что международная торговля углем опережает его производство и основные экспортеры расширяют свое присутствие на внешних рынках. За последние 14 лет экспорт угля из Индонезии увеличился в 8 раз, из Австралии — почти в два раза, из России — в 4 (рисунок 5).

— Насколько значимым может быть наше присутствие на внешних рынках?
— Аналитики «Росинформугля» считают, что россияне могут занять 15% экспорта в
Юго-Восточную Азию, а это 190 млн тонн угля в год. В том числе по энергетическим углям — 130-140 млн, коксующимся — 40-50 млн тонн.
Учитывая нынешние темпы развития экономики, спрос на уголь в странах АТР к 2030 году может вырасти в полтора раза. И пока наше присутствие в регионе незначительно: всего порядка 6%. Подчеркиваю: пока. Но мы эту долю ежегодно наращиваем, постепенно разворачиваясь на Восток. А если учесть сегодняшнюю политическую ситуацию, непростые отношения с европейскими государствами, то поворот к рынкам Азии должен стать главным вектором развития угольной промышленности Кузбасса и России в целом.

— А что будет с западным потоком экспорта?
— Что касается европейского рынка, то тут аналитики рассматривают два варианта развития. Первый: сохранение вывоза угля на нынешнем уровне — около 80 млн тонн. Второй: экспортные поставки снизятся до 55-60 млн. В том числе энергетических углей — до 45-50 млн, коксующихся — до 10 млн тонн. Причин для этого несколько: стремление Европейского сообщества к энергетической независимости от России; диверсификация сырьевых поставок; развитие альтернативных источников энергии и тепла; ужесточение экологических требований. Очевидно, что при таком раскладе поставки топлива на Запад сократятся. Тем важнее вовремя переключиться на другие рельсы, не теряя, впрочем, позиции в атлантическом экспорте.

— Аман Гумирович, как считаете: выдержат ли отечественные компании конкуренцию? Ведь позиции Индонезии и Австралии сильны.
— Кроме них, наши основные соперники — ЮАР, Колумбия и США. Про Штаты следует сказать особо. Они лидируют по добыче сланцевого газа, а избыток угля направляют в Европу, что ограничивает нишу российского угля. Но ключевым игроком считается Индонезия. Вопрос только: надолго ли? По прогнозам «Росинформугля», страна будет поворачивать свой уголь на внутренний рынок, поскольку испытывает дефицит собственных энергоресурсов. Мы должны воспользоваться благоприятной для нас ситуацией и занять эту нишу.
Эксперты утверждают, что нам по силам и австралийцев потеснить. Расстояние от портов Австралии и от наших портов на Дальнем Востоке до Индии примерно одинаковое: сухогрузы идут 15 дней. Упускать такую возможность нельзя. По сути, экспорт угля в Юго-Восточную Азию должен стать своеобразным национальным проектом, который обеспечит угольным компаниям надежную и эффективную работу.

— Но ведь до восточных портов уголь еще нужно довезти. Невыгодное географическое положение Кузбасса в центре материка уже стало общим местом.
— Правительство России, понимая потенциал Транссибирской и Байкало-Амурской магистрали, выделило деньги на реконструкцию железных дорог. На расширение и модернизацию магистралей предусмотрено направить 110 млрд рублей бюджетных ассигнований и 150 млрд рублей из Фонда национального благосостояния. Перевозки грузов по ним выросли за последние годы в разы, а пропускная возможность осталась на уровне прошлого века. Уже в 2018 году работы закончатся и Дальний Восток станет ближе. А значит — и перспективные рынки Азии, куда направится поток кузнецкого угля.
Сейчас железнодорожники расшивают участок Междуреченск-Тайшет — главную пропускную артерию для экспортного угля из нашей области. Через четыре года это звено перестанет быть узким горлышком и справится с возросшим транзитом.

— Качество российского (читай: кузбасского) угля устраивает покупателей?
— Вполне. Конкурентное преимущество российских углей — прежде всего, низкое содержание вредных примесей (серы, азота). Уникальность Кузнецкого бассейна в том, что здесь мощные залежи углей, пригодных для коксования, производства жидкого топлива и переработки в химической промышленности. Область поставляет на экспорт самый ходовой — энергетический уголь. Как правило, его на международном рынке требуется больше, чем коксующегося. Бурное развитие экономики той же Индии требует металла — мы отгружаем и коксующийся уголь. По всем параметрам: качеству, надежности поставок, транспортировке — кузбасское черное топливо выдерживает самую строгую проверку — испытание рыночными отношениями.
Большой плюс и в том, что регион может оперативно реагировать на увеличение спроса. У разрезов и шахт есть резервы для увеличения добычи. И в определенной степени финансовый кризис нам на руку. Ведь разведанные месторождения на Дальнем Востоке только предстоит освоить. Нестабильный курс валюты усложняет задачу. А Кемеровская область — действующий угледобывающий центр. Значит, вложений для роста экспорта требуется в разы меньше. Поэтому даже в кризис у угольных компаний есть повод для оптимизма. И основа для дальнейшей работы, что важно.

— Каковы же, на ваш взгляд, приоритеты в развитии угольной промышленности России?
— Среди приоритетов в развитии отрасли хотел бы выделить, прежде всего, необходимость государственной поддержки системообразующих угольных компаний, особенно в период переживаемого сегодня кризиса. Государство должно решить угольную триаду: усовершенствовать железнодорожные тарифы — развить инфраструктуру транспортного и портового назначения — поощрять стратегические инициативы угольных компаний.
Другим приоритетом в развитии отечественной угольной промышленности является увеличение экспортных поставок угля с преимущественной ориентацией на азиатский рынок, что позволит сохранить конкурентоспособность российского угля на международных рынках за счет снижения транспортных затрат.
В модернизации производственных мощностей усилия должны быть направлены на широкое внедрение прорывных технологий в добыче угля: схем «шахта-лава» и «шахта-пласт», отработка мощных угольных пластов с выпуском угля из подсечного слоя, поточная и циклично-поточная технология открытой добычи, совершенствование высокоуступной технологии для транспортной системы открытой разработки.
Будущее угольной промышленности существенно зависит от масштабов нетопливного использования угля. Практическая реализация этого направления связана с развитием углехимии и комплексного использования сопутствующих ресурсов. Вовлечение в глубокую переработку низкосортного и некондиционного твердого топлива и утилизации твердых отходов угледобычи и углепереработки позволит получать дополнительно ценную углехимическую продукцию.
Серьезной опасностью для российских угольных компаний является повсеместное использование импортных технологий и оборудования, что также выдвигает на первый план задачу — приоритет кратного снижения зависимости отрасли от импорта технологий и оборудования.
И, конечно, приоритетными направлениями в развитии угольной промышленности России являются обеспечение промышленной и экологической безопасности и охраны труда, интенсификация природоохранных мероприятий в отрасли, а также полное обеспечение предприятий отрасли квалифицированными кадрами.


СГИ Тимофеева