Душа по-прежнему болит

5 июня отмечает свой девяносто второй день рождения старейший ветеран Сибирского управления Ростехнадзора — кемеровчанин Валентин Макарович Белоглазов


За отца пришлось ответить

Он — не коренной сибиряк. Родился в Саратовской области, в селе Малый Карай. В семье было пятеро детей. Кормились с имевшейся десятины земли. Но привычный уклад жизни нарушила начавшаяся в стране коллективизация.

— Отец не был «врагом народа», но в колхоз идти не хотел. И местное начальство ему заявило: «Или вступай, или выметайся из села!» Можно сказать, жалость по отношению к нашей семье проявили — не стали насильно высылать, как раскулаченных, позволили самим уехать. Отец сначала попробовал устроиться в Оренбурге, где жила его сестра, но не получилось. Зато там добрые люди посоветовали перебраться в Ташкент, где ему удалось устроиться санитаром в гарнизонной ветлаборатории. В 1931 году мы всей семьей к нему переехали. Отец лечил там лошадей, в политику не лез. Но все равно подвергался репрессиям, арестовывался, — вспоминает Валентин Макарович.

Сам он в Ташкенте закончил школу-семилетку, после чего начал работать грузчиком в совхозе. В 1944 году поступил в местный горный техникум, обучался по специальности «шахтостроитель». По причине недостаточного возраста в ряды Красной армии призван не был. А вот два его старших брата воевали — и оба не вернулись с войны.

«Неблагонадежность» родителя аукнулась Валентину уже в 1948 году — после окончания учебного заведения, когда ему было отказано в распределении на известные предприятия в европейской части страны. Сына репрессированного направили в Кузбасс — тогда еще вовсе не «всероссийскую кочегарку», а регион, где угольная отрасль только начинала активно развиваться. Здесь открывались новые шахты в условиях отсутствия безопасных технологий и механизации, значительных объемах ручного труда. По воспоминаниям ветерана, не было ни одной шахты, где хотя бы раз в году не случались вспышки метана, обрушения, пожары, завалы, затопления.

— Сначала работал в качестве строителя в тресте «Беловоуголь», затем на шахте «Пионерка» помощником начальника участка №10. В 1951 году был направлен на высшие инженерные курсы в город Томск. Одни из памятных воспоминаний того времени — не напряженная учеба, а посадка молодых сосен в тамошнем Лагерном саду!

После учебы Белоглазов вернулся в Белово, где трудился на шахте «Южная» — помощником главного инженера, заместителем по технике безопасности. В 1955 году был назначен главным инженером.

— В первый же день моей работы в этой должности на шахте случилась трагедия — под очистным комбайном погиб горный мастер, недосмотрел. И это была не последняя горняцкая смерть, причем в основном из-за нарушений техники безопасности. А вот сама техника не подводила. На том очистном комбайне позднее был установлен всесоюзный рекорд добычи. Так получилось, что я тоже принимал в нем участие — занимался технической оснасткой. За рекорд получил тогда значок «Победитель социалистического соревнования», — рассказывает Валентин Макарович.

«Чистым» угольщиком Белоглазов трудился до 1965 года. Мог, вероятно, и больше, но не сложились отношения с местными партийными руководителями, имевшими в те годы весомое влияние на принимаемые хозяйственные и управленческие решения. Так, однажды его отказались утвердить директором шахты «Бабанаковская». В штыки принимались и рационализаторские предложения — под предлогами типа «Ты что, убить людей хочешь?». Хотя, как отмечает Валентин Макарович, он все годы работы старался не допускать даже малейших ЧП:

— Я никогда не был сторонником идеи, что добывать уголь и ставить рекорды можно любой ценой!

Такую же принципиальную позицию Белоглазов продолжил занимать и перейдя на работу в органы горного надзора. Работал в Беловской горнотехнической инспекции участковым инспектором, а в 1983 году был переведен в Кузбасскую РГТИ государственным инспектором.

В его послужном списке — немало предотвращенных возможных аварий. Так, однажды, проверяя конвейерный штрек на шахте «Пионерка», он заметил на одном из участков мелкую трещину, а затем еще одну. Выйдя на поверхность, сразу выдал предписание — прекратить движение людей, установить дополнительное крепление. Но на шахте оперативно никаких мер не приняли.

— А через несколько дней мне позвонили: «Ну, ты и накаркал!» Оказалось, что на участке, указанном мной, случился обвал. К счастью, в тот момент людей там не было, — вспоминает Валентин Макарович.

Бывало, на упрямого инспектора шахтовое начальство жаловалось и его непосредственному начальству. К примеру, после того как он приостановил работу на шахте «Березовская», потребовав провести предварительные дегазационные мероприятия на участке, также показавшимся опасным. Хотя тамошние горняки пытались его убедить, что работают в полном соответствии с ведомственной инструкцией. Но — не убедили: «Если есть возможность аварии, ее надо предотвращать!» Эту позицию Белоглазова поддержали и в руководстве инспекции.

«Москва. Кремль»

В 1986 году Валентин Макарович вышел на заслуженный отдых. Но за работой угольной отрасли следить не перестал до сих пор. Очень переживает, когда узнает об очередной шахтовой аварии с человеческими жертвами: «Душа по-прежнему болит за горняков!» При этом во многих случаях ЧП, как он уверен, виновны сами люди. И скрывать такие факты недопустимо на любом уровне.

Несколько лет назад Валентин Макарович увидел по телевизору, как после очередной аварии президента России старались убедить, что «во всем виновата природа». Возмущенный, как ему показалось, тем, что руководителя страны пытаются ввести в заблуждение, он решился на неординарный шаг: досконально проанализировал доступную информацию по пятнадцати последним «громким» взрывам с человеческими жертвами, произошедшими на российских шахтах, и попытался обосновать, что ссылки на «внезапные причуды природы» необоснованны. Свой анализ ситуации он отправил в Москву, в Администрацию президента — адресатом письма был указан на конверте сам Владимир Путин.

Неизвестно, прочитал ли адресат исследование кемеровского ветерана: ответа по существу ни от президента, ни от какой-то другой государственной инстанции рангом пониже Белоглазов не получил. Но все же в Кремле Валентина Макаровича не забыли — теперь он регулярно получает из Москвы официальные открытки — поздравления по случаю очередной годовщины Победы в Великой Отечественной войне.

Александр ПОНОМАРЕВ


Аргус 2020 горизонталь