Обзор СМИ


Разборки в «Сибантраците»: кто подбрасывает угля в семейный конфликт
10.12.2020


Производитель угля вязнет в исках и скандалах

Группа «Сибантрацит» покончившего жизнь самоубийством олигарха Дмитрия Босова и связанные с ней компании «Аллтек» и «ВостокУголь» отбиваются от исков. Одновременно ее репутация серьезно пострадала из-за скандалов с топ-менеджерами. Тем не менее есть желающие купить активы «Сибантрацита» по выгодной цене. Есть ли у группы шансы выйти из охватившего ее кризиса, разбирался «ФедералПресс».

Вершина айсберга

11 февраля 2021 года в арбитражном суде Москвы должно состояться заседание по иску питерской фирмы «БалтИнвестТранс» к АО «Сибирский антрацит». В документе «БалтИнвестТранс» потребовал выплатить ему задолженность в размере почти 8,8 млн рублей.

Дело довольно заурядное, однако в нем имеется несколько интересных обстоятельств. «Сибирский антрацит» арендовал у «БалтИнвестТранса» транспортное средство по договору, заключенному еще в декабре 2016 года. Финансовое же состояние «БалтИнвестТранса», похоже, очень плохое: согласно информации системы Seldon.Basis, в 2019 году он вообще не получил никакой выручки, зато понес убыток в размере 153 тыс. рублей.

Непосредственно же само АО «Сибирский антрацит» официально зарегистрировано в Новосибирской области, тогда как иск против него был подан именно в столичный арбитраж. Поскольку же он входит в состав группы «Сибантрацит», чья управляющая компания находится в Москве, то тогда ничего нет – по всей видимости ей и придется отвечать по долгам АО «Сибирский антрацит».

Разбирательство между «БалтИнвестТрансом» и «Сибирским антрацитом» – лишь вершина айсберга из исков, связанных с одним из крупнейших производителей угля в России и аффилированных с ним фирм.

Война родных

Самое известная из них – тяжба между вдовой покойного владельца «Сибантрацита» Дмитрия Босова Катериной и матерью покойного Людмилой Босовой и его четверых сыновей от предыдущих браков.

Суть дела в том, что мать и дети оспаривали права Катерины Босов на наследование половины доли ее мужа в уставном капитале «Аллтека», контролирующего «Сибантрацит». Они исходили из того, что Дмитрий Босов приступил к созданию своего бизнеса задолго до женитьбы на Катерине.

Его вдова настаивала на том, что Дмитрий Босов смог принять участие в увеличении уставного капитала «Аллтека», внеся в него порядка 8,8 млн рублей, в том числе около 6,9 млн рублей, полученных за счет продаж автомобиля Bentley, принадлежащего Катерине Босов. Суд отмел ее аргументацию и удовлетворил иск оппонентов.

Тем не менее вряд ли Катерина Босов сложит руки, скорей всего она продолжит воевать за наследство мужа – на горизонте маячит чрезвычайно выгодная сделка.

Диверсификация в сторону угля

На «Сибантрацит» зарится ОТЭКО, принадлежащая бельгийскому бизнесмену Мишелю Литваку. Поддержать ее не против «Газпромбанк», готовый предоставить ему до 400 млн долларов на покупку «Сибантрацита» и рефинансирование его кредитного портфеля при условии, если ОТЭКО внесет в сделку и собственные средства.

Для ОТЭКО приобретение «Сибантрацита» может оказаться довольно выгодным. В прошлом году она запустила в порту Тамань терминал для перевалки насыпных грузов, и если поставки угля, добываемого на разрезах «Сибантрацита», пойдут на экспорт через него, то это поможет нарастить его загрузку (и будет способствовать скорейшей окупаемости терминала).

Заодно ОТЭКО сможет диверсифицировать свою деятельность от железнодорожных перевозок и перевалки нефти, нефтепродуктов и насыпных грузов в сторону добычи угля и его продаж на российском и мировом рынках. Тем самым она может составить конкуренцию СУЭК, «Кузбассразрезуглю» и прочим крупным российским поставщикам угля – через Тамань его удобнее отправлять в Европу, нежели через иные порты в Европейской части России.

400 млн долларов – минимальная цена за «Сибантрацит», реально он стоит побольше. «Общую стоимость «Сибантрацита» я бы грубо оценил в диапазоне 1,5–2 млрд долларов с учетом величины долга компании», – говорит Алексей Калачев, аналитик «Финам».

Возможно, «Сибантрацит» действительно столько стоит, только вряд ли ОТЭКО предложит за него такую сумму – перспективы угольного рынка с учетом растущих экологических требований весьма туманны (хотя спрос на уголь в Азии растет). Скорей всего стороны остановятся на 500 млн долларов – это красная цена по нынешним кризисным временам.

Недостроенный, но привлекательный

Теперь же Катерине Босов, помимо тяжбы с родней и переговоров с ОТЭКО, предстоит еще решить вопрос по порту Вера в Приморском крае. Он наполовину принадлежит компании «ВостокУголь», связанной с «Аллтеком» и «Сибантрацитом», наполовину – ООО «Порт Вера Холдинг», связанному с государственной корпорацией «Ростех». «Порт Вера Холдинг» хочет довести свою долю в уставном капитале порта до 66,7 %, получив тем самым над ним полный контроль.

Загвоздка лишь в цене: компании «Порт Вера Холдинг» хотелось бы увеличить свою долю по ее номинальной стоимости, «ВостокУглю» же нужна компенсация затрат на строительство порта. Речь идет о сумме в 10 млрд рублей. «ВостокУглю» они явно не помешают, трудность же заключается в том, откуда «Порт Вера Холдинг» возьмет деньги («Ростех» при всех его возможностях имеет кучу убыточных предприятий, которым он должен помогать).

Чем бы переговоры ни закончились, ясно одно: контроль за портом Вера позволит его владельцам хорошо заработать на перевалке угля в страны Азии.

«Порт Вера близок к завершению строительства. В этом году перевалка угля через порт уже превысила 2 млн тонн. Общие перевалочные мощности порта составляют порядка 7 млн тонн в год, а в перспективе возможно расширение до 20 млн тонн, – указывает Алексей Калачев. – Этого будет достаточно, например, для того, чтобы полностью обеспечить потребности Эльгинского угольного проекта (реализуется фирмой «А-Проперти» Альберта Авдоляна. – Прим. редакции). Не говоря уже об Огоджинском угольном проекте, который может перейти под полный контроль «Ростеха» в пакете с портом Вера».

Бывшие коллеги

Гораздо сложнее Катерине Босов будет договориться с бывшим подчиненным своего мужа Юрием Сазоновым, подавшим иск к «Сибантрациту» о защите деловой репутации. По его мнению, «Сибантрацит» развернул против него информационную кампанию в апреле нынешнего года, обвинив в участии в деятельности преступной группы во главе с экс-топ-менеджером «Сибантрацита» Александром Исаевым.

Тот тоже подал иск против «Сибантрацита», но недавно с ним было заключено мировое соглашение. «Сибантрацит» даже опубликовал официальное заявление, в котором принес ему извинения. В отношении Юрия Сазонова ничего подобного сделано не было, и, очевидно, он будет стоять на своем до конца. Для «Сибантрацита» это не сулит ничего хорошего, поскольку тяжба с ним может отрицательно сказаться на его репутации.

Не менее болезненно ударило по компании задержание в октябре в московском аэропорту Шереметьево члена совета директоров «Сибантрацита» Максима Барского – у него обнаружили наркотики. Его защите удалось добиться освобождения клиента в зале суда под залог в 1 млн рублей, после чего он сбежал в Великобританию. Теперь Максим Барский объявлен в федеральный розыск, хотя он по-прежнему числится в совете директоров «Сибантрацита».

«Конфликты делают позиции владельцев объектов собственности уязвимыми к недружественным действиям лиц, заинтересованных в их получении, с другой стороны, усложняют юридические процедуры и делают возможные сделки более сомнительными», – считает Алексей Калачев.

В подобных обстоятельствах возможностей для развития у «Сибантрацита» и связанных с ним «ВостокУгля» и «Аллтека» особо-то и нет. Пока идут тяжбы между наследниками Дмитрия Босова и обиженными им сотрудниками, много сил и времени будет тратиться именно на них. По-хорошему же членам его семьи лучше было бы договориться между собой и продать активы, пока за них готовы дать приличные деньги, иначе потом можно ничего вовсе не получить – долги, понаделанные покойным для реализации его амбициозных проектов, никуда не исчезли, кризис в глобальной экономике тоже.

https://yandex.ru/turbo/fedpress.ru/h/news/77/economy/2637156


Вердер Сайнтифик 2021