Урок истории

Недолгая биография РФ уже обозначена тремя явными кризисами…


Недолгая биография РФ уже обозначена тремя явными кризисами — 1998, 2008 и 2014–2015 годов. Все они, включая текущий, оказали огромное влияние на экономику нашей страны

В части продукции горно-металлургического комплекса РФ в кризисы остро возникал вопрос справедливых цен по всей цепочке — от добычи сырья до стальной продукции высокого передела (труб, метизов, листа с покрытиями). Вопрос этот — важнейший как для российских производителей, так и для потребителей. Он появлялся не раз за последние десятилетия, но как-то, в сложнейших компромиссах, разрешался. Поэтому обратимся к накопленному у нас немалому «кризисному» опыту…

1998–1999 годы

Внутри России быстро нарастали проблемы государственного долга (рынка государственных краткосрочных облигаций (ГКО) — облигаций федерального займа) и бюджетного дефицита. Отставка правительства Виктора Черномырдина в марте 1998 году ситуацию не изменила. С мая начался обвал на российских финансовых рынках с чередой банкротств, при этом стремительно выросли темпы вывода капитала из страны. Внешний долг РФ быстро увеличивался, причем обслуживать его власти в тот период были не в состоянии. Добавило негатива России и двухлетнее снижение мировых цен на нефть до минимума — около $10 за баррель летом 1998 года.

Долгожданная «западная помощь» — первый транш кредита МВФ России в конце июля 1998 года стабилизировала ситуацию только на неделю-две. Далее произошел полный обвал котировок государственных ценных бумаг на фондовых рынках. А 17 августа правительство Сергея Кириенко объявило об отказе платить по ГКО и о замораживании внутреннего долга. Одновременно правительство запретило российским компаниям и банкам проводить выплаты по долгам западным кредиторам, то есть объявило дефолт и по всем внешним долгам. При этом прекратились какие-либо действия по стабилизации курса рубля.

В итоге кризис охватил все без исключения отрасли экономики и все рынки РФ, а также основную массу населения страны. В августе 1998 года курс доллара США к рублю взлетел почти втрое. Далее, в течение 1999 года, этот обвал стал 4-кратным. Цены на российском рынке как на импортные, так и на российские товары стремительно взлетели вверх. Рост внутрироссийских цен охватил многие виды сырья и его передела, вплоть до конечной продукции. И, естественно, затронул весь горно-металлургический комплекс РФ (рис. 1).

Старт роста российских цен железной руды (на 10–15%) состоялся с опозданием на пару месяцев, но продолжался почти полтора года. В итоге рост составил 57,1% в рублях (на фоне роста курса доллара с января 1998 г. на 347%). Сравнительно быстрый подъем цен этого сырья объяснялся его вывозом из страны ввиду дефицита железорудного концентрата на внешних рынках. Уже в 1998 году нашим горнякам удалось увеличить его экспорт на 23,2% в годовом сравнении, до 10,1 миллиона тонн.

Цены коксующегося угля, как и сбыт, заметно подзадержались и начали рост только в самом конце 1999 года. Однако в итоге за 2 кризисных года он все же подорожал на 52,5%, хотя существенно отстал от курса доллара. В итоге наша черная металлургия в кризис 1998–1999 годов получила российское сырье по весьма умеренным ценам, которые были почти вдвое ниже среднемировых. Себестоимость стальной продукции в долларах существенно упала, что означало для экспортных поставок очень высокую рентабельность продаж.

Российские цены стальной продукции в 1998 году поначалу практически никак не отреагировали на взлет курса доллара. Причиной был существенный спад платежеспособного внутреннего спроса на металл и его фактического потребления. За этот год спад производства готового стального проката в РФ составил 9,8%, а стальных труб — 20%.

Некоторое улучшение ситуации на внешних, да и на внутренних рынках наши металлурги прочувствовали лишь в 1999 году. В России, в частности, начал оживать внутренний спрос, что позволило металлургам увеличить производство (+20,2% по стальному прокату за год) и наконец-то позволило повысить внутрироссийские цены.В конечном итоге за два кризисных года сортовой прокат в среднем подорожал (в рублях) на 76,9%, г/к лист и рулон — на 137,2%, х/к рулон — на 160,1%, трубы — на 92,5%. Это существенно ниже, чем 4-кратный рост курса доллара, но гораздо выше, чем рост цен металлургического сырья.

В итоге все эти изменения цен создали совершенно новый баланс. Они снизили себестоимость оте­чественной стальной продукции по мировым меркам, то есть существенно повысили ее конкурентоспособность. После кризиса 1998–1999 годов металлургия РФ заметно повысила свою эффективность и инвестиционную привлекательность. Отрасль ускорила и завершила процесс полной приватизации и консолидации в крупные горно-металлургические компании. Далее — получила средства на модернизацию своих устаревших производственных активов.

2008–2009 годы

Кризис этих лет был спровоцирован ипотечно-финансовым кризисом 2007 года в США.

Немало дополнительных проблем горно-металлургической отрасли РФ, как и всего мира, принес второй финансовый «мыльный пузырь». До кризиса огромные западные инвестиции текли рекой на мировые товарно-сырьевые рынки (в металлы и горно-металлургические компании) с целью извлечения спекулятивных прибылей. Мировые цены на большинство металлов, включая сталь, рудное сырье и кокс, разогнались в 2006 году до исторических рекордов. Но далее, аналогично ценам на недвижимость, последовал настоящий обвал.

Россию в полном объеме общемировые финансовые проблемы накрыли в 2008 году. Плавно, но до минимума сократился объем зарубежных инвестиций, бывший ранее вполне привычным. Более того — ускорился чистый отток частного капитала из России. Страхующие этот процесс золотовалютные резервы РФ сократились за год еще заметнее — более чем на $150 миллиардов. Вновь на 60% за год (ниже $40 за баррель) упали цены на нефть. Добавил России проблем во взаимодействии с зарубежными партнерами и вооруженный конфликт с Грузией, начавшийся в Южной Осетии в августе 2008 года.

Поэтому горно-металлургический комплекс российской индустрии, заметно изменившийся за 10 лет, получил с 2008 года свою, и вполне весомую, долю проблем. Во-первых, закредитованные компании ГМК обнаружили, что спад мировых цен на сырье нередко превышал спад курса доллара к рублю. Во-вторых, дружно обвалились объемы спроса на их продукцию как на внутреннем, так и на внешнем рынке (Рис. 2).

За два года (с января 2008 года) курс доллара в России пережил небольшой пик (+40%), но в конечном итоге вырос всего лишь на 22,2%. Тем временем железная руда на российском рынке подешевела на 33%, а коксующийся уголь практически не изменился в цене (+2,9%). При этом производство руды в РФ за 2008 год снизилось на 3,1%, а за 2009 год — еще на 9%. Причем снизились не только объемы ее внутреннего потребления, но и объемы экспорта. Схожую негативную тенденцию в части продаж продемонстрировал и российский коксующийся уголь.

Отметим, что снижению стоимости металлургического сырья в РФ способствовала консолидация ряда горнорудных и угольных активов в состав металлургических холдингов. Там, как правило, применяются пониженные (трансфертные) цены на собственное сырье.

И естественно, негатив охватил основную конечную продукцию горно-металлургического комплекса РФ — стальной прокат, трубы и метизы. Отметим, что их внутрироссийские цены, аналогично углю и коксу, предприняли попытку повышения в 2008 году. Причем досрочно, с опережением снижения валютного курса рубля.

Однако, аналогично сырью, стальные цены столкнулись с резким снижением платежеспособного спроса. Через полгода начался их быстрый откат на исходные позиции или еще ниже. Общее производство черных металлов в РФ в 2008 году снизилось на 3,5%, а в 2009 году — еще на 15,2%. Причем схожую тенденцию продемонстрировали как поставки на внутренний рынок, так и на экспорт.

Итог кризиса 2008–2009 годов для внутрироссийских цен — это вновь небольшой спад цен по сырью, но неизменность — по конечной стальной продукции. Модернизация отрасли (и ее экспансия за рубеж) в предыдущие 10 лет прошла не только за счет прибылей, но и за счет многочисленных заимствований. Кризис ничего в металлургии не изменил (не оздоровил), а загнал многие проблемы вглубь. К примеру — в реструктуризацию долгов с частичной заменой западных кредитов на российские. Но вскоре вместо спокойного периода для неспешного решения накопленных проблем экономика России получила очередной кризис.

2014–2015 годы

Текущий кризис, начало которого мы отсчитываем с «возвращения Крыма», у всех на виду. Так что особого описания он не требует.

Горно-металлургические компании с основными активами в РФ лишились возможностей перекредитования за рубежом. И это притом что их общие долги (включая цветную металлургию) на валютном рынке оцениваются в настоящее время суммой выше $50 миллиардов. Помимо этого, наши горняки и металлурги частично лишились рынков сбыта своей продукции в США и ЕС. Однако они чуть выиграли на рынках ряда развивающихся стран, заменяя украинскую металлопродукцию конкурирующей российской. На внутреннем рынке РФ в 2014 году спрос на сталь плавно снижался, но в общей сложности почти сохранился по объемам. Помогло «импортозамещение» украинской металлопродукции в количестве, приближающемся к 2 миллионам тоннам.

При этом затраты на сырье в рублевом исчислении у нашей черной металлургии в течение 2014 года практически не менялись (Рис. 3).

Некоторое исключение — металлургический кокс, повышенный спрос на который обеспечила оставшаяся «в живых» часть украинской металлургии.

Однако внутрироссийские цены на конечную стальную продукцию, наоборот, двинулись вверх еще со спокойного начала 2014 года. Прошлой зимой рост цен металлопроката, труб и метизов ускорился настолько, что стал причиной многочисленных жалоб потребителей в Правительство РФ. Фактически, c января 2014 года до февраля 2015 года при росте курса доллара на 65,7% цены сортового проката в среднем выросли на 10,1%, х/к рулона — на 18,6%, г/к рулона — на 26,4%, а стальных труб — на 9,4%. До половины этого прироста цен произошло до декабря 2014 года и было вызвано абсолютно нерыночными факторами «импортозамещения». А точнее — сокращением поставок конкурирующей недорогой металлопродукции (арматуры, плоского проката) из Украины. Другая половина роста внутрироссийских стальных цен (в декабре и январе) — четкая реакция на рост курса доллара и попытка «подтянуть» цены поближе к мировому уровню.

Впрочем, это явная «разведка» реакции рынка перед дальнейшим и настоящим подъемом цен. Взлет стальных цен металлоторговли накануне нового года, как и разговоры о дефиците ряда позиций стального проката, мало обоснованы. Также как и новые (январские и февральские) прейскуранты и предложения большинства металлургических комбинатов и заводов. Угнаться за курсом доллара всем игрокам стального рынка не удалось и в ближайшем будущем не удастся. А панику, как с гречкой и с закупками впрок — на этом рынке посеять сложно.

Сейчас очевидно, что практически все потребители металлопродукции пересматривают свои планы. Металлоемкие инвестиционные проекты в стране откладываются до лучших времен один за другим. Особенно — в массовом российском строительстве. Очевиден спад спроса на сталь в автомобильной промышленности, как и во многих других отраслях машиностроения. В этих условия солидные скидки потребителям неизбежны. Тем более что себестоимость российской металлопродукции (в рублях) в начале 2015 года выросла незначительно. Исторический опыт преодоления схожих кризисов на стальном рынке тоже есть. Так что придется договариваться и договариваться.

Подготовлено на основе материалов Информационного Центра «Aftershock»


СГИ Тимофеева